Про то как сталкиваются цивилизации

Вчера обсуждали с товарищем книгу Самюэля Хантингтона.

В отличие от некоторых других попыток осмысления глобального миропорядка книга отличается достаточно высоким уровнем внятности и присутствия здравого смысла. Совсем избежать соблазна навязывать читателям свою собственную изящную схему вопреки менее изящным фактам реальности Хантингтону не удалось, но едва ли изобретателю новой геополитической теории вообще можно сохранить в таком случае беспристрастность. К тому же, Хантингтон не дружит с фактами лишь по мелочам и наиболее часто это наблюдается в тех случаях, когда он излагает содержание распространенных в его время (1990-е) в его стране (США) стереотипов, таких как великая роль Японии или расписывание в красках китайского успеха и “китайской угрозы”.

Из самых полезных идей в книжке следует назвать идею поэтапного усвоения атрибутов западной цивилизации в ходе так называемой “индигенизации”. Суть ее сводится к тому, что когда какая-нибудь страна незападной цивилизации заимствует элементы западной культуры (в т.ч. элементы политической организации общества и организации экономических отношений), то это происходит в два этапа:

  1. Отцы приветствуют нововведения в надежде, что они позволят им встать на один уровень с ведущими мировыми державами, отказаться от отсталости, неразумного консерватизма, устаревшей идеологии и т.д. Разумеется, такие настроения разделяются не всеми, но они преобладают — и в этом основная характерная особенность первого этапа.
  2. Дети, привыкнув к нововведениям отцов и сумев оценить все блага и недостатки обновленного общества, перестают воспринимать модернизацию в оглядке на западные образцы как основной вектор развития своей страны. Начинают думать о возрождении традиций, идеологии и поиске нового пути, который бы, не разрывая с современностью, соответствовал бы требованиям традиционной культуры. Таким образом получается восточный капитализм без европейского гуманизма и приоритета частного над общим.

Хантингтон предсказывает, что обновленные страны Дальнего и Ближнего Востока будут определять мировую политику первой четверти XXI в., и основной его козырь здесь — совершенно объективно существующая тенденция к увеличению численности населения в этих регионах при неуклонном старении населения стран Европы и Северной Америки. Здесь спорить не приходится — к 2025 г. представители западной цивилизации будут составлять 10% мирового населения (15% – если с нами), в то время как в 1900 г. это было 44 и 53% соответственно. Постепенно мы становимся экзотикой.

Но только численность населения и объемы ВВП — это, наверное, далеко не все составляющие успеха. Есть и другие причины, которые не позволяют незападным странам, даже преуспевающим в экономическом отношении, достигать аналогичного с западными уровня развития науки и самостоятельного (особенно высокотехнологичного) производства (за исключением Японии). Опять же, ставить в вину Хантингтону то, что он не стал влезать в неблагодарную тему сопоставления менталитетов и их влияния на экономический и политический потенциал соответствующих стран, не приходится — на эту тему и без него написано немало книжек. Но и сбрасывать со счетов тот фактор, что европеец как производственная, социальная и политическая единица действительно имеет большую ценность, чем его африканские, азиатские (чтобы не посчитали расистом, добавлю – и русские) современники, не стоит. Проблема в том, что не совсем понятно, в каких единицах измерять этот фактор.

Что же касается основной идеи книги, то с ней тоже не приходится спорить: в мире после Холодной войны основная движущая сила политики — конфликт культурно-религиозных идентичностей в масштабах не отдельных стран, а целых цивилизацией. При этом цивилизации соответствует пределам религиозно-культурного ареала, и если граница такого ареала проходит внутри какой-либо страны, то такой стране не повезло (Югославия представляет собой самый трагический и самый наглядный пример).

Ввод автором термина “культурной шизофрении”, применимого к России, Мексике и Турции, а также анализ перспектив смены Австралией цивилизационной идентичности с западной на восточноазиатскую следует рассматривать в числе милых шуток, придающих чтению книги Хантингтона увлекательный характер.

Напоследок прочитал комментарии Переслегина к русскому изданию книги 2003 г. Комментарии не лишены осмысленности, но мне начинает казаться, что автор до того увлекся абстракциями и “игровой” терминологией, что уже на самом деле воспринимает мировую политику как большую и увлекательную игру. Может, так и надо: у кого-то перед глазами голодающие дети и больные люди (такие не попадают в политику), у кого-то — возвышенные идеи национального процветания или менее возвышенные идеи карьерной выгоды, а у кого-то — пешки на шахматной доске. Но последний вариант все-таки слишком циничен.

Поддержка китайского в ALT Linux Sisyphus

В ALT с некоторых пор работает поддержка китайского языка — большое спасибо Диме Кузищину.

SCIM в действии

Все достаточно просто. Нужно установить шрифты и специальную программу SCIM, поддерживающую ввод для китайского и многих-многих других языков.

# apt-get update
# apt-get install fonts-ttf-chinese-big5 fonts-ttf-chinese-gb2312 scim scim-pinyin

На самом деле, даже для китайского SCIM поддерживает около двух десятков различных способов ввода. Здесь мы привели пример для самого популярного среди тех, кто осваивает китайский через латинскую трансктипцию пиньинь: scim-pinyin.

После установки пакетов в файл .i18n в домашнем каталоге нужно добавить несколько строк — нужно, чтобы при запуске сессии X Window запускался SCIM и чтобы ввод с клавиатуры — как для приложений GTK, так и для QT, осуществлялся именно через него:

XIM_PROGRAM="scim -d"
XMODIFIERS=@im=SCIM
export GTK_IM_MODULE=scim
export QT_IM_MODULE=xim

После этого можно читать и набирать по-китайски:

打简体繁体都可以!

Впрочем, простор для деятельности огромен:

  1. Выбор китайских шрифтов в ALT Linux очень невелик и даже шрифты на моем скриншоте, кажется, заимствованы из других источников (особо придирчивые заметят также, что на этом скриншоте разные символы у меня берутся из разных шрифтов, что еще предстоит донастроить).
  2. Нужно, по мере востребованности, обеспечить поддержку ввода для других китайских методов, а также для других языков (прежде всего, для японского).
  3. Нужно собрать SKIM для того, чтобы интерфейс SCIM более органично выглядел в среде KDE.
  4. Нужно собрать пакет scim-qtimm для того, чтобы добиться лучшей совместимости с приложениями QT.
  5. Желательно собрать пакет scim-bridge, позволяющий в ряде случаев избежать “проблем с C++ ABI transition” (при работе с Ubuntu этот пакет помог мне избавиться от некоторых проблем, возникающих в OpenOffice.org при использовании проприетарного драйвера ATI).

Как всегда — наверняка забыл три-четыре пункта.

Советы разработчикам отечественной свободной ОС

Перед нами открыта замечательная возможность надолго отодвинуть сроки внедрения свободного ПО в России. А также создать уникальный по значимости прецедент, по которому еще долго-долго будут судить о вреде поддержки свободного ПО на государственном уровне.

Чтобы это состоялось, нам достаточно ничего не делать — результат придет сам собой. Мы создадим оторванную от сообщества пользователей операционную систему, которая будет воспринята самими пользователями как навязанная сверху разработка. К тому же, к нам начнут настороженно относиться в мировом community как к любителям покататься за чужой счет, использующим труд сообщества в своих узких интересах, не предоставляя ни кода, ни даже информации взамен.

Все эти проблемы решаемы, но их нужно решать целенаправленно. Говорить о том, что школьная ОС должна обладать приемлемым уровнем качества (на уровне лучших популярных дистрибутивов) я не буду, поскольку это очевидно. Также вполне очевидно, что проект по внедрению свободной ОС в школах — это прежде всего контакт со школами, информирование и дополнительное обучение учителей. Поставка компьютеров с непривычной ОС не будет приятным сюрпризом для преподавателей, которые и без того не ощущают недостатка в жизненных проблемах.

Но есть еще одна составляющая успеха проекта, не менее важная. Результатом проекта должна быть не только операционная система и штат подготовленных учителей, но и новое сообщество, включающее в себя конечных пользователей, разработчиков ПО (прежде всего, поставщиков образовательных программ для госсектора), энтузиастов (вроде меня пять лет назад) и представителей образовательных учреждений. Это сообщество по определению более широко, чем любое из сообществ, существующих в России вокруг какого-либо дистрибутива.

Что нужно сделать:

  1. Должна быть доступна общая информация о проекте: техническое задание и краткий пересказ его содержания русским языком, предпосылки и обоснование проекта — все это должно быть опубликовано на общедоступном сайте.
  2. Процесс разработки должен быть открытым. По ходу проекта разработчики должны делиться важнейшей информацией о состоянии и текущих задачах проекта — в степени, достаточной для того, чтобы заинтересованные наблюдатели чувствовали, что держат руку на пульсе проекта.
  3. Заинтересованные пользователи должны иметь возможность высказаться в удобной для них форме — и получить на свое высказывание вежливый ответ. Это необходимо для создания ощущения “общего дела”.
  4. Разработчики прикладного ПО должны иметь полную информацию о том, что им нужно сделать для того, чтобы их программы работали в данной системе — видимо, намного раньше релиза системы.
  5. Лучше всего всю эту информацию публиковать также по-английски. Это позволит решить две задачи: во-первых, мы сможем поддерживать на постоянном уровне интерес и уважение к России, вызванные анонсом о разработке отечественной ОС (замечу, что этот интерес никогда не был столь высок, как сейчас), во-вторых, избежим складывания имиджа страны, стремящейся к технической самоизоляции с помощью свободного ПО.

Очень хочется, чтобы все так и было, независимо от того, кто будет разрабатывать систему.