Семидесятый день

Стоя проглатывал рис с овощами. Стоящие рядом два китайца подошли и спросили, не француз ли я. Оказывается, они поспорили: один считал, что я француз, другой таки разглядел русского. Они оказались аспирантами химического факультета, до этого учившимися в Ухани и Чунцине.

* * *

На занятии по разговорному языку в очередной раз устраивали дебаты по спорным вопросам. В прошлый раз обсуждали, можно ли бить детей. В этот раз — можно ли принуждать детей к изучению чего-либо. В этот раз дебаты закончились, когда спорящие стороны обнаружили, что друг с другом согласны.

* * *

С третьей попытки удалось собраться на обсуждение первой главы Мэнцзы. Прозрачный классический китайский язык — это, конечно, большое удовольствие и очень приятный контраст по сравнению с И Чжоу шу. Что же касается самого учителя, то он воспринимается как воплощение трагедии конфуцианства: Конфуция не слушали, когда он пытался распространять безусловно идеалистическое, но не разрывающее с практикой и здравым смыслом учение. Но конфуцианство Мэнцзы откровенно непрактично — и именно этот человек без особого труда добивался высоких аудиенций.

* * *

Совсем уже по-зимнему

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s