Девяносто восьмой день

Одна из специфических черт китайских вокзалов (а также некоторых других общественных мест, включая коридоры в вузе) — наличие вместительных автоматов с горячей питьевой водой. По этой причине добрая половина путешествующих китайцев и посещающих занятия студентов обзаводится чашкой-термосом, куда можно с утра насыпать зеленого чая, а затем пополнять свежим кипятком по мере необходимости, совершенно бесплатно.

* * *

В поезде из Ухани в Юэян продавали перчатки из латекса и какие-то высокотехнологические стельки. Продавец перчаток демонстрировал прочность перчаток, надувая одну из них до размера маленького поросенка, однако перчатка напоролась на какую-то заостренную поверхность и взорвалась, в связи с чем демонстрация была повторена на другой перчатке — на этот раз успешно. Все продавцы одеты в формы сотрудников железных дорог, торговля совершенно легальна. К счастью, за весь переезд в сотню километров они беспокоят всего раз или два.

В вагоне читал журнал на китайском — один из способов привлечь любопытство окружающих. Познакомился с тремя средних лет предпринимателями из Шаньдуна, которые ездили в Ухань в командировку, а остаток времени решили посвятить путешествию по соседней провинции Хунань. Несмотря на то, что меня в Хунани интересовал только крайний ее север, примыкающий к озеру Дунтинху, на протяжении полусуток наши маршруты совпадали. В такси один из них представил меня водителю как “умеющего немного говорить и немного понимать” по-китайски. Уже недурно.

Дунтинху величественно. Назвать его красивым, наблюдая за скрывающейся в тумане водной поверхностью, было бы не совсем честно. Возможно, оно и предстает таким из каких-то других мест или в какое-то другое время. Но оно огромно, постоянно оживлено десятками грузовых барж. Если в современном Китае искать что-то ему поэтическое, исключительно ему присущее, наверное, это будет примерно такая поэзия: масштабов и движения. На любителя, конечно.

На фоне Дунтинху

Туристический центр Юэяна — парк над озером с пагодой, вдохновлявшей множество китайских поэтов еще с танских времен. Разумеется, пагода неоднократно перестраивалась, и в парке можно ознакомиться с довольно большими и изящно выполненными макетами, реконструирующими внешний вид пагоды танского, сунского, юаньского времени. Внизу каждого макета прикреплена табличка, в которой приведены источники, использованные при реконструкции. Практически во всех случаях присутсвует такой источник как “традиционные архитектурные приемы периода”. Боюсь, что в паре случаев этот источник был если не единственным, то основным.

Во время обеда меня хотели угостить. Пришлось играть в китайскую вежливость. Выложил деньги на стол и объявил их не своими. Помогло.

После Юэяна нужно было вернуться в Хубэй. Дорога идет через Янцзы, но в этом месте водители предпочитают не делать крюк, и проезжают по проселочным дорогам до парома, а на другой стороне — вдоль бедных, серых и изобилующих мусором деревень с двухэтажными кирпичными домами, многие из которых стоят на сваях над оросительной канавой, тянущейся вдоль дороги.

В ожидании парома

Деревни тянулись до ночи, после того как стемнело, мы продвигались уже преимущественно по городской местности. Поначалу я думал, что мы уже приближаемся к конечному пункту, городу Цзинчжоу, но до него было еще далеко. А то, что было вокруг — это, видимо, бывшие деревни, превратившиеся в полугорода в условиях перенаселенности долины Янцзы.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s