Сто тридцать пятый день

Последний день в Куньмине запомнился холодом (8 градусов — едва не самый холодный день в году) и неудачами. С утра хотели отправиться в каменный лес (石林 Шилинь), но народу в этом направлении было столько, что простояв полчаса в очереди и не заметив продвижения, плюнули и сели на такси до буддийского храма, чуть более масштабного и внушительного по сравнению со средними буддийскими храмами в Китае, но несколько неряшливого.

Буддийский храм в Куньмине

Посетили кампус Юньнаньского университета — особо старых и красивых зданий здесь нет, хотя холмистый рельеф, парки и пруды все равно делают это место более живописным, чем большая часть куньминских улиц.

* * *

Выяснил, откуда на улицах города берутся городские булки — ровно той формы, цвета, коэсистенции и вкуса, какими обладали городские булки моего детства из пекарни неподалеку от дома в центре Харькова. Оказывается, это артефакт колониальной эпохи Вьетнама, который не только пережил колонизаторов, но и начал потихоньку просачиваться через границу. В Куньмине городские булки называют “вьетнамским хлебом”.

Advertisements

Сто тридцать четвертый день

Встретились в Юньнани со знакомым тренером, который давно еще несколько раз приглашал меня связаться с ним, как доберусь до Куньмина. Живет он не в провинциальном центре, а в городе Юйси неподалеку, но в этот день он ночевал у родственников в Куньмине. Первым делом мы направились в провинциальный музей, где к нам присоединилась его двоюродная сестренка — очень уставшая от учебы ученица средней школы. Ей нездоровилось, но выслушав от нее, как живут учащиеся средних школ в Китае, я был готов принять без объяснений любое ее состояние: каждый день начало занятий в 7:40, завершение в 6 или 6:30 вечера, вечером около 3-4 часов домашнего задания. Каждый день, кроме воскресенья, начало занятия около 7:40, завершение в 18 или 18:30, около 3-4 часов домашнего задания. Мне казалось, что в деревнях за счет меньшего объема учебных курсов нагрузка должна быть меньше, но по ее словам, деревенским школьникам живется еще менее сладко: нагрузка примерно та же самая, но после школы нужно помогать родителям — в деревне работы всегда с избытком. Понятное дело, что китайский университет, слегка напоминающий каторгу по сравнению с университетом московским, после такого режима кажется отдыхом. Ее двоюродный брат, как оказалось, живет ненамного слаще. Он студент, учится с 8 утра до полшестого в одном из физкультурных вузов Пекина, за двадцать минут добирается до нашего Пекинского университета, где работает в спортзале с 6 до 10. В следующем семестре он планирует бросить работу, чтобы сосредоточиться на подготовке к экзаменам, предпочтительно — с перспективой продолжения обучения в одном из заграничных вузов. Жаль, потому что тренер он действительно хороший.

Музей, в отличие от большинства китайских провинциальных музеев, бесплатен. Кроме того, мне устроила чуть ли не персональную экскурсию одна из сотрудниц — в прошлом партийный функционер, ныне — достаточно увлеченный своей работой музейный работник.

После осмотра музея

* * *

Посетили в Куньмине один зоопарк (разные звери и стандартные номера со слонами, играющими в футбол — в целом, ничего примечательного) и парк Цуй ху в центре города. Центральная точка парка — одноименное озеро, над которым летает бесконечное множество чаек. Для того, чтобы сфотографировать чайку в полете, достаточно просто зафиксировать камеру в одной точке и фотографировать в течение минуты — наверняка получится сделать один-два неплохих снимка парящей птицы.

Чайки в Куньмине

Вокруг продают специальный хлеб для чаек, который люди не едят. Место замечательное и его нет в путеводителях — по-видимому, потому, что летом чаек нет, а большинство туристов (включая авторов путеводителей) прибывает в этот город именно с весны по осень.

Сто тридцатый день

Часть пути из Чэнду в Куньмин протекает по горам и долинам. Сначала долины сычуаньские, с красной землей (земля по-настоящему очень своеобразного оттенка) и сельскохозяйственной зеленью. С утра юннаньская зелень наполовину дикая: горная трава, кусты и даже одиночные кактусы за окном.

Юньнаньские поля

Сельскохозяйственные земли, как правило, расположены на террасированных участках по речным долинам. С утра было туманно, однако попутчик, коренной юньнанец, пообещал, что после полудня обязательно будет солнце. Он не обманул: погода стояла такая, какая бывает в Москве где-то в середине сентября, если выпадут ясные солнечные дни.

Положительное впечатление от города во многом связано с этой погодой. В целом же, он, как и все остальные города, страдает от неутомимого стремления современных китайцев модернизировать среду своего обитания, не особо заботясь о потерях. Пара пагод, одна из которых как будто бы сохранила черты начальной постройки эпохи царства Наньчжао, городские ворота в китайском стиле, несколько храмов — вот и все.

В центре Куньмина

Едва ли не случайно забрели под вечер в квартал с ветхими полуразрушенными двухэтажными домами — по-видимому, представляющими собой то очень немногое, что сохранилось от Куньмина, каким он был еще только лет двадцать назад. Но надвигающаяся со всех сторон стройка, замурованные стены в некоторых из этих домов и полное отсутствие каких-либо попыток ремонта красноречво говорят о том, что жить этим остаткам старого Куньмина осталось недолго.

Старые дома в Куньмине